сетевое
издание

ЗЕМЛЯКИ
8:44 / 24 марта 2020

Нежилая деревня Ямки (Архангельская область, Вельский район)

Недавно я ходил с рюкзаком по берегам Ваги в Вельском районе Архангельской области. Первая стоянка была на пустынном пляже неподалеку от Игнатовки.
С моей стоянки были видны крыши домов трех деревень на другом берегу Ваги-Столбовской, Бревновской и Ямок.
В Ямках уже несколько лет никто не жил, да и осталось от деревни всего три дома, и я решил сходить в деревню.
Вагу даже не пришлось переплывать. Купаясь накануне, я нашел брод, где в самом глубоком месте мне было по грудь, а в других местах-по пояс или по колено. Взяв с собой деньги и документы, и не беспокоясь за палатку с нехитрым скарбом, т.к. на пляже, где я стоял, люди не появлялись, я переправился на другой берег Ваги.

Глядя с берега на быстро несущуюся темную воду, трудно было представить, что в этом месте есть брод.
От берега Ваги до деревни метров 300-400.
В ближнем к реке доме хозяев не было уже в середине девяностых. Старушка, жившая в доме, умерла, а ее сын, живший в Благовещенске, никак не мог его продать, даже под летнюю дачу, т.к. жил в ту пору в деревне всего один старик, и проводить лето в таком безлюдном месте никто не хотел.
Потом в пустующий дом самовольно вселилась многодетная семья, которая откуда-то приехала в Благовещенск, и одно время отец и мать работали в совхозе, но из-за частых пьянок их уволили, и выселили из совхозной квартиры. В этом доме семья жила до холодов, потом куда-то исчезла, разломав и испоганив все, что можно.
В последующие годы поселяне и поселянки из соседних деревень довершили начатое, выломав даже оконные рамы.
В доме я не нашел ничего интересного, кроме двустворчатых дверей с нехитрой резьбой, лежавших на полу. Одна дверная половинка, лежавшая под протекавшей крышей, выцвела и стала блекло-бурой, а другая сохранила первоначальный цвет. Я поднял двери, прислонил их к стене и сфотографировал. Света не хватало, поэтому, получилось не очень резко.
Во втором доме еще лет десять назад жил старик, единственный житель Ямок.
В конце девяностых я как-то забрел в эту деревню, и обратил внимание на то, как тщательно был прибран, я бы даже сказал, был вылизан этот двор, хотя старик жил один, а старики, обычно, склонны не следить, ни за собой, ни за хозяйством.
Теперь все заросло травой.
Узенький проезд перед домами, только-только чтобы телега проехала, отличительная особенность деревень не только в этой округе, но и вообще, всех небольших северных деревень. Изгородями из жердей огораживали только огороды и поля, чтобы коровы не попортили посевы. Заборов возле домов не было. Открыто жили.
Рама в доме сохранилась в единственном окне, да и в том перебиты все стекла.
Бочка, похоже, стояла в бане. Зачем ее вытащили во двор, непонятно.
Это не мезонин. Мезонин-жилая комната, а такие комнатки назывались «вышками», и в них не жили. «Вышки» предназначались только для отдыха и сна в жаркую летнюю ночь. Обычно здесь ставили кровать, и складывали старые книги, газеты и журналы. Сколько интересного можно было найти на этих «вышках»!
Я порылся в бумажном хламе, разбросанном на полу, и взял с собой несколько писем, написанных в 70-е годы. Еще я нашел там удостоверение к юбилейной ленинской медали 1970 года, и небольшую групповую фотографию, сделанную в конце 40-х или начале 50-х годов. Но подробнее об этих находках напишу в другой раз.
Книгу я нашел всего одну, «Мертвые души» Гоголя, изданную Северо-Западным книжным издательством в 1969 году. Книгу я взял с собой и в последующие дни читал то Гоголя, то Паустовского.
Деревянный сундучок, найденный на «вышке», и внушавший уважение качеством работы. Был там раньше и внутренний замок.
От этого дома я пошел к последнему, третьему дому. Между домами очень большие разрывы, судя по которым, раньше в деревне было не менее семи домов. Кстати, идя к последнему дому, я понял, почему у деревни было такое название-Ямки. На краю деревни в поле была небольшая низина округлой формы с крутыми откосами, действительно, как яма. На дне низины даже сохранился небольшой полузаросший пруд.
Этот дом опустел давно, лет тридцать назад. В доме нет полов, а в одной из комнат уже вырос небольшой тополь.
Вокруг деревни на полях растет картошка, овес, мужики косят сено, одним словом, жизнь продолжается.
Сергей Некрасов

Похожие материалы

Продолжая использовать наш сайт, Вы даете согласие на обработку технических файлов Cookies.